«В ГОРОДСКОМ САДУ ИГРАЕТ духовой оркестр»

(30.06.2016) Рубрика: История
 Оркестр Полотняно-Заводской бумажной фабрики, примерно 1954 год, май.


Оркестр Полотняно-Заводской бумажной фабрики, примерно 1954 год, май.

Оркестр Полотняно-Заводской бумажной фабрики, примерно 1956 год, в Пушкинском парке.

Оркестр Полотняно-Заводской бумажной фабрики, примерно 1956 год, в Пушкинском парке.

6-1В рамках Всероссийской патрио­тической акции «Дороги Победы», военно-исторического фестиваля «Вспомним, братцы, россов славу», прошедших на земле Полотняного Завода, газета знакомит читателей с интересным историческим материалом, который предоставила редакции автор и победитель Всероссийского творческого марафона «Славлю тебя, мое Отечество!» Надежда Пиманкина, директор детской школы искусств им.Н.Гончаровой посёлка Полотняный Завод.
«Люблю слушать музыку в исполнении духовых оркестров», – часто говорила, беседуя со мной, молоденькой преподавательницей музыкальной школы, Антонина Александровна Белевитина (ныне покойная), коренная жительница Полотняного Завода, участница Великой Отечественной войны, исполнявшая в ту пору в школе обязанности технички. Было это почти тридцать лет назад. Как быстро летит время… Что-то навсегда исчезло, что-то стало новым, молодым, а что-то осталось в моей памяти.
«С детства мы слышали духовую музыку на демонстрациях. Танцевали под неё на танцплощадке или просто слушали, сидя на скамейке, в парке на свежем воздухе. Как же слаженно играл тогда духовой оркестр в Полотняном Заводе. Незабываемое удовольствие! Этот оркестр зародился ещё в бытность последнего владельца бумажной фабрики Д.Д.Гончарова, то есть до революции. При Народном доме в нем играли рабочие, которые не знали даже музыкальной грамоты, но от природы обладали хорошим музыкальным слухом. Только из одной семьи Дмитрия Дмитриевича Разломалина в составе оркестра играли шесть человек: он сам, его сын Федор Дмитриевич, потом – четыре внука: Вячеслав, Валентин, Борис и Анатолий, который владел ещё и скрипкой», – делилась своими воспоминаниями Антонина Александровна.
С каким трепетным волнением перебирали мы тогда с моей собеседницей хранившиеся у неё пожелтевшие от времени фотографии, на которых были изображены её ровесники и ребята даже намного младше – участники уже другого состава оркестра (1958-1986 годов). Всех она помнила пофамильно:  Бочаров, Семенов, Мелкин, Новиков, Романов, Белевитин, Соловьев, Титов, Чернов, Криницын, Степанов, Семич, Скогорев, Ерохин, Астахов, Ерин. В этом оркестре играли и женщины: Алевтина Разломалина (правнучка Д.Д.Разломалина, в замужестве Тысячнова), Алевтина Астахова, Алевтина Ерина и Наталья Пантелеева. Капельмейстерами оркестра, то есть дирижерами, в разное время были Н.Н.Ерин, В.К.Семенов и Е.М.Мелкин.
Из рассказа Антонины Александровны я узнала, что Николай Николаевич Ерин был руководителем коллектива и отменным слухачом. Знал нотную грамоту, хотя нигде музыке не обучался. По стопам отца в оркестре играли и его дети: Борис, Алевтина, Владимир, Александра. Все музыканты-любители были самых разных профессий: сеточники, токари, станочники, столяры, слесари, каландровщики, размольщики, резчики бумаги… Но после тяжелых рабочих будней на фабрике они приходили в клуб с одним большим желанием, чтобы играть в духовом оркестре, где находили слаженность общих духовных помыслов и душевный настрой. Что говорить, духовой оркестр собирал тогда людей особого характера, особой жизненной складки. Они не просто овладевали навыками игры на инструменте, не просто любили музыку, а хотели, чтобы она стала частью не только их жизни, но и всех полотнянозаводцев. Это были люди с темпераментом бойцов. Они – первые. Они вели за собой народ. Вели не словом, а музыкой. Ни один митинг на фабрике, ни одно торжество не обходилось тогда без духового оркестра. Действительно, этот оркестр завоевал сердца жителей поселка своей яркостью, динамизмом, зрелищностью, да и репертуар его легко был узнаваем и понятен каждому – это марши, вальсы, переложения народных мелодий и современных композиций.
«Как же я любила, – продолжала свой рассказ Антонина Александровна, – когда духовой оркестр играл старинный русский вальс «Березка». Кружились в вихре этого вальса, бывало так, что дух захватывало. Это было какое-то особое состояние души – состояние восторга, единения и праздника со слезами на глазах».
Кстати, написал этот знаменитый вальс русский музыкант, композитор и военный дирижер Евгений Михайлович Дрейзин. В далеком 1931 году ему было суждено, хоть на короткое время, но стать жителем Полотняного Завода.
Родился Евгений Михайлович Дрейзин 11 августа 1878 года в Полтаве и был младшим из четырех детей в семье драматических актёров, гастролирующих по югу России. Характер работы отца и матери часто заставлял Евгения жить в Киеве в семье знакомого музыканта, который обучил его игре на скрипке и подготовил к сдаче экзаменов в Киевское музыкальное училище. В 1903 году Дрейзин окончил Московскую консерваторию по классу скрипки и отправился на Дальний Восток, где стал вольнонаемным
капельмейстером на крейсере «Аскольд» Тихоокеанской эскадры. Принимал участие в Русско-японской войне 1904-1905 годов. Был капельмейстером
26-го Восточно-Сибирского полка, которым командовал отважный генерал-майор В.Г.Семёнов. Евгений Дрейзин проявил героизм при обороне Порт-Артура. Всё время жестокой осады японцами этой крепости он находился в рядах её героических защитников.
Из исторической хроники известно, что полковой оркестр, которым руководил Дрейзин, вместе с капельмейстером «участвовал в атаке при отбитии у противника господствующей высоты в ночь с 19 на 20 июля 1904 года». Музыканты прямо на поле боя играли русские военные марши и другую музыку, подымавшую настроение воинов, усиливавшие их боевой порыв, а затем в составе санитарного отряда выносили с поля боя раненых и убитых. В тяжелые и трагические дни вольнонаемному капельмейстеру нередко приходилось вместо дирижёрской палочки брать в руки боевое оружие, подменяя погибших офицеров в штабе и на наблюдательном пункте. За проявленное мужество и самоотверженность при отражении атак противника Евгений Дрейзин был награжден Георгиевским крестом с надписью «За храбрость». Это был незаурядный человек, преданный своему делу, удивительно скромный, честный, порядочный, с чутким сердцем, отзывчивым на чужую боль и беду.
После сдачи крепости Евгений Дрейзин в числе других защитников попал в японский плен и находился в лагере Мацуяма. Именно тогда, в японском плену, тоскуя по Родине, и сочинил он свой вальс «Берёзка», в котором попытался выразить сыновнее чувство любви к родимой земле, к неповторимой русской природе, веру в народ свой, в его неодолимую силу.
По освобождении из плена служил в своём полку в Иркутске. Занимался преподаванием в кадетском корпусе и сочинял музыку вальсов, маршей и романсов. В составе 7-ой стрелковой дивизии оказался на северо-западном фронте Первой мировой войны, был ранен. На излечение попал в Калугу.
В этом городе в 1918 году, набрав юнцов и молодых рабочих-полиграфистов, стал их первым учителем музыки и организатором первого в Калуге комсомольско-молодежного любительского духового оркестра. Здесь он повстречал свою любовь и вскоре женился на юной, восемнадцатилетней Вере Михайловне Искос. В августе 1925 года переселился с семьёй в Керчь, где жили его брат и мать. Работал руководителем оркестра в клубе водников, в городском театре создал симфонический оркестр. Много концертировал, занимался педагогической деятельностью. В марте 1930 года по настоятельной просьбе своих учеников-музыкантов вновь вернулся в Калугу. Начался тяжёлый период жизни, вызванный жилищной неустроенностью и болезнью. Родные и друзья по возможности как-то помогали семье, которая после изнуряющей зимы 1931 года вела почти нищенское существование, испытывая постоянные материальные трудности, практически не имея самого необходимого, а главное – нормального жилья. Евгений Дрейзин, чувствуя огромную ответственность за будущее детей, мучительно искал выход из этого положения.
Летом 1931 года случай помог музыканту найти работу с предоставлением весьма приличного жилья в Полотняном Заводе. Это была половина дома на улице Слободка с земельным участком, с верандой, кухней и двумя комнатами, а главное – с печкой. (Дом был полностью уничтожен в ходе боев Великой Отечественной войны в 1941-1942 годах.) Друзья помогли устроить быт, одеть детей, подготовить их к школе.
Из воспоминаний дочери Евгения Дрейзина Элегии: «Мебели у нас особой не было: небольшой бельевой шкафчик, железный остов кровати, сундук с кое-какой одеждой и папиными нотами, да старое железное корыто. В предоставленном нам доме был даже подвал для картошки. А какой чудесный был у нас двор, с клумбой ноготков, бархатцев, душистого табака! Евгений Михайлович радовался всему, что его окружало, вместе с детьми устраивал прогулки по окрестностям Полотняного Завода – чудесного края, где бывал сам Пушкин…»
Жена Евгения Михайловича Дрейзина, Вера Михайловна Искос, была от природы умной, доброй и очень красивой. И местные жители-старожилы часто вспоминали, как этот новый в Полотняном человек прогуливался с молодой супругой, отмечая нескрываемый интерес к этой семейной паре. Что говорить, ведь разница в их возрасте была 24 года.
Работа в клубе бумажной фабрики была успешной и желанной. В короткий срок он собрал оркестр. Был его дирижером и режиссером. Выступал как композитор, скрипач и аккомпаниатор. С участниками фабричного духового оркестра Дрейзин подготовил разнообразную праздничную программу к 14-й годовщине Октябрьской революции. Казалось, жизнь налаживается. Дети-погодки: сын Альбин и дочь Элегия ходят в Прохоровскую (дом Щепочкина, ныне памятник архитектуры эпохи классицизма) школу. Однако несчастье шло рядом. Нелепая случайность, чисто домашняя бытовая травма выводит Евгения Михайловича из строя. К ушибам прибавились все болезни последних лет, бронхит стремительно развился в туберкулез. Дрейзин слег. Пришлось везти его в Калугу, в Хлюстинскую больницу. Но и там не удалось победить коварную болезнь, 4 февраля 1932 года Евгения Михайловича не стало. Похоронен он на Пятницком кладбище в Калуге.
Прошло более ста лет со дня рождения знаменитого вальса «Березка». Сменилось уже несколько поколений, отзвучало и успело забыться множество модных мелодий. Но все эти годы не увядает, живет и не старится необъяснимо дорогой и близкий всем нам, нежный вальс «Березка»… Наполненный чарующими звуками лёгкой грусти, настраивающий души наши на что-то своё, заветное, сокровенное, но непременно светлое и чистое, как родниковая вода, как воспоминание о детстве, об отчем доме, о первой любви.

Related posts

Leave a comment